обычно официальный документ итальянского технократа, рекомендующий изменения в политике экономического управления в Европе, не получил бы особого внимания по эту сторону Атлантики.
Но Марио Драги — не просто европеец, и это не просто газета.
Через несколько недель бывший премьер-министр Италии изложит видение того, как Европейский союз может повысить свою производительность и оставаться конкурентоспособным в условиях «все более беспощадной» глобальной экономики. Человек, знакомый с составлением отчета, сказал мне, что он потребует всеобъемлющих политических инструментов для ускорения инноваций.
«Другие регионы больше не играют по правилам и активно разрабатывают политику, направленную на повышение своей конкурентоспособности», — сказал Драги в недавней речи перед коллегами-европейцами — прологе к своему докладу.
По его словам, ЕС должен проводить собственную промышленную политику, что может означать увеличение субсидий и тарифов, большую консолидацию в некоторых секторах для создания более крупных и конкурентоспособных на мировом уровне компаний, а также лучшую координацию политики в странах, входящих в блок.
По сути, более тесная экономическая интеграция внутри ЕС и несколько меньшая за его пределами.
Вашингтону следует принять это к сведению.
«Супер-Марио», которому приписывают спасение евро на посту главы Европейского центрального банка, а затем помощь в возрождении экономики Италии на посту временного премьер-министра после пандемии, является необычайно уважаемой фигурой в Европе и редким лидером, которому в значительной степени удалось выйти за рамки фракционной политики (он не принадлежит ни к одной партии).
На вопрос высокопоставленному чиновнику Министерства финансов, насколько гражданам США следует обратить внимание на доклад Драги, который этот экономист, получивший образование в Массачусетском технологическом институте, готовит по просьбе Европейской комиссии — самого влиятельного административного органа ЕС.
«То, насколько Вашингтону нужно уделять этому внимание, полностью зависит от того, в какой степени Европа уделяет этому внимание», — ответил чиновник. «Я думаю, есть причина, по которой человек уровня Марио Драги согласился написать это».
Если усилия Драги окажутся успешными, такая политика может еще больше расшатать трансатлантические отношения в то время, когда США пытаются построить более безопасные цепочки поставок, привлечь инвестиции и бороться с изменением климата.
Причина: для проведения таких реформ необходимо устранить ряд бюрократических, политических и финансовых барьеров. Без толчка со стороны такого человека, как Драги, любые широкомасштабные экономические реформы могут оказаться мертвыми по прибытии.
«Ему придется убеждать глав европейских государств и глав правительств силой аргументов», — сказал Сандер Тордуар, который является главным экономистом Центра европейских реформ и ранее работал в ЕЦБ во время пребывания Драги на посту его главы. «Я думаю, что это основная причина, по которой его спросили».
Человек, знакомый с проектом его доклада, сказал, что он оценит слабые стороны конкурентоспособности Европы с прицелом на усиление координации между государствами-членами ЕС, торговую политику, которая снижает геополитические риски для блока, и развитие оборонно-промышленного потенциала, среди других рекомендаций.
Если инициатива Драги окажется успешной, такая политика может еще больше подорвать трансатлантические отношения в то время, когда США пытаются выстроить более безопасные цепочки поставок, привлечь инвестиции и бороться с изменением климата.
Конечно, Китай играет более важную роль в этих дебатах, поскольку Пекин увеличивает субсидии на все виды товаров (возможно, в ответ на высокий уровень безработицы среди молодежи) и наводняет мировые рынки полученной продукцией. США и страны ЕС на прошлой неделе в рамках G7 совместно договорились противостоять Китаю из-за этих избыточных мощностей.
Но в то время, как политические дебаты в США сосредоточены в основном на угрозе со стороны Китая, Европу подталкивает к действиям не только Пекин, но и Вашингтон.
В своей речи Драги поочередно упомянул Китай, затем США, указав на «масштабную промышленную политику» и «протекционизм».
Тордуар сказал, что это больше похоже на риторический прием, чем на попытку приравнять эти два понятия. Но США являются частью того, что оживляет этот разговор, добавил он.
«Европейцев беспокоит не столько американский экономический национализм – они обеспокоены им, – но большее беспокойство вызывает перепроизводство Америки и то, что мы отстаем», – сказал он.
В худшем случае промышленная политика как в США, так и в ЕС, направленная на привлечение инвестиций, может привести к противоположным целям и сделать все усилия более дорогостоящими для обеих сторон.
Перспектива переизбрания бывшего президента Дональда Трампа на пост президента США также маячит в европейских дебатах, включая его предложение о всеобщих 10-процентных тарифах, которые могут привести к более резкому расхождению в политике.
Но глобальные взаимосвязи не исчезнут просто так.
«Несмотря на все, что говорится о том, как мы могли бы жить в более фрагментированном мире, с большим количеством разговоров о переориентации цепочки поставок и всем остальном, вероятно, все еще будет довольно устойчивый глобальный рынок товаров, услуг, рабочей силы и идей. », — сказал Джеффри Окамото, управляющий директор Goldman Sachs, который был высокопоставленным чиновником Казначейства при Трампе.
«Если Европа пойдет по этому пути, можно будет увидеть, как среди политиков США начнется более активный диалог о том, достаточно ли того, что сделали Соединенные Штаты до сих пор», — сказал Окамото, который ранее также был вторым по значимости должностным лицом в Международном валютном фонде.
На данный момент наблюдается некоторая межконтинентальная координация политики.
Разочарование закипело в Европе после того, как Конгресс принял ряд климатических инициатив (в законе, получившем загадочное название «Закон о сокращении инфляции»), направленных на привлечение инвестиций в чистую энергетику в США. Европейцы, обеспокоенные потерей доли рынка.
С тех пор администрация Байдена работала над устранением наиболее острых проблем, пояснив, что электромобили иностранного производства могут претендовать на налоговый кредит, предоставляемый IRA для коммерческих автомобилей, работающих на чистой энергии.
Но этот закон, наряду с федеральными расходами на стимулирование внутреннего производства полупроводников, привлек внимание Европы.
В следующем году ЕС пересмотрит свои правила субсидирования, что может заложить основу для более скоординированной промышленной политики.
«США с ИРА вложили свои деньги в то, что говорят», — заявила тогдашняя член Европейского парламента Анна-Мишель Асимакопулу на мероприятии, организованном POLITICO Europe в апреле. «Мы должны сделать то же самое».
И тут на помощь приходит Драги.
Представители администрации Байдена сообщили, что работа Драги может принести американцам значительную пользу.
Они представили стремление ЕС повысить производительность в Европе и больше инвестировать в зеленые технологии как позитивные факторы для США и для планеты. Например, избыточные цепочки поставок, созданные союзниками, могли бы стать полезным результатом, учитывая, что Вашингтон стремится как к надежности, так и к безопасности.
«Каждая страна заслуживает возможности построить экономику, основанную на чистой энергии, которая защитит ее граждан и будет способствовать долгосрочному росту», — заявил в своей речи в тот же день, что и Драги, главный помощник президента Джо Байдена Джон Подеста.
И у США есть основания полагать, что Европа не будет представлять большой угрозы их экономическому положению.
Каждое государство-член ЕС имеет свою собственную политику налогообложения и расходов, что затрудняет предоставление скоординированных налоговых льгот и субсидий на чистую энергию, которые проводят США. ЕС также не имеет такой же возможности, как США, совместно занимать деньги.
Между тем, торговля составляет гораздо большую часть европейского ВВП, что делает более непрактичным проведение более изолированной политики и подвергает блок большему риску возмездия со стороны внешних стран.
Тем не менее, для США было бы полезно проактивно подумать о том, как координировать свои действия с ЕС таким образом, чтобы это способствовало собственным внутренним целям. Это может означать разработку свода правил, регулирующего использование субсидий. Это также может означать калибровку торговой политики для более плавной работы с Европой и осознание побочных эффектов для более мелких и бедных стран.
«Мы должны попытаться реалистично оценить, как мы собираемся достичь наших целей по борьбе с изменением климата, если мы не собираемся полагаться на Китай, а это зависит от построения новых торговых отношений», — сказал Тревор Саттон, который возглавляет программу по чистой энергетике и торговле в Центре глобальной энергетической политики Колумбийского университета.
Конечно, в Европе эти дебаты еще только начинаются. Но ситуация начинает меняться, и политикам США было бы разумно внимательно следить за этим.